ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ПО НАДЗОРУ В СФЕРЕ ЗАЩИТЫ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ И БЛАГОПОЛУЧИЯ ЧЕЛОВЕКА

 Построение государственной медицины 

в России XVI-XVIII века

В царствование Ивана Грозного впервые предпринята попытка возложить на государство часть заботы о здоровье населения

Царь и Великий Государь Иоанн Васильевич.

Миниатюра из Титулярника, XVII век

   В 1551 г. Церковный собор (совещание церковных иерархов с участием царя и боярской думы) утвердил Стоглавый Собор (сборник из 100 глав), в главе 73 которого «Ответ о богадельнях, и о прокаженных, и о клосных, и о престаревшихся, и по улицам в коробах лежащих, и на тележках и на санках возящих, и не имущих главы где подклонити» сказано: «Да повелит благочестивый царь всех прокаженных и престаревшихся описати по всем градам, опроче здравых строев, да в коем ждо граде устроити богадельни мужскии и женский, и тех прокаженных и престаревшихся не могущих нигде же главы подклонити устроити в бога­дельнях пищею и одежею... да приставити к ним здравых строев и баб стряпчих, сколько пригоже будет посмотря по людям. чтобы жили в чис­тоте и в покаянии и во всяком благодарении». (Стоглав. Казань, 1892 г. – С. 335-336). 

 

Стоглав (Стоглавый собор)


Первым государственным учреждением, ведавшим медицинским делом, стал Аптекарский приказ, открытый в Москве в 1581 г.

Аптекарский приказ в Кремле (здание не сохранилось)


На протяжении 120 лет существования Аптекарского приказа его возглавляли родовитые бояре: князь А. Вяземский,



Вяземский Александр Алексеевич. Русские портреты XVIII и XIX столетий. Издание Великого князя Николая Михайловича. Тома I-V. С.-Петербург, Экспедиция заготовления Государственных бумаг, 1905-1909




будущий царь Борис Годунов,

 

Царь и Великий князь Борис Федорович.  «Царский титулярник»

(«Большая государева книга или Корень российских государей»), 1672. РГАДА

представители Черкасских, Шереметевых, Милославских, Одоевских и других древних боярских родов.

В 1654 г. при Аптекарском приказе была открыта первая медицинская школа, в ней обучалось 30 учеников из стрельцов и их детей (лекарское и костоправное отделения). В последующем стали готовить лекарей чепучинного (по лечению сифилиса), очного и гортанного дела, а также аптекарей. В этот период создается и военно-медицинская служба в полках.

Бичом средневековой России, как и других стран, были «моровые по­ветрия» — эпидемии, которые тогда приходили к нам иногда с юга и вос­тока, но, как правило, из Европы. «И здесь господствуют особен­ного рода болезни, подобные заразе, состоящие в боли внутренностей и го­ловы, — свидетельствовали приезжавшие из Европы иностранцы. — Они здесь называются горячкою. Одержимые такой болезнью умирают в корот­кое время... В случае морового поветрия, которые нередко случаются в Новегороде, Смоленске и Пскове, Москвитяне, опасаясь заразиться оным, ни­кого к себе не допускают из сих мест».

Борьба с распространением эпидемий осуществлялась следующим образом: «Царь приказал заградить многие пути; конная стража ловила всех едущих без письменного вида, неуказанною дорогою, имея повеление жечь их вместе с товаром и лошадьми». В 1592 г. во Ржеве впервые была учреждена пограничная застава «для предохране­ния от заразных болезней».  Начиная с ХIII века, устраивались «скудельницы» (общие могилы) вдали от жилья и питьевых источников, организацией которых ведали специальные люди, обычно монахи; с XIV века устраивались пограничные оцепления; использовали окуривание можжевельником и полынью. Для погребения огромного числа жертв эпидемий в 1521 году в Пскове, а потом и в других местах появились своеобразные внутренние (уличные) карантины.

Таким образом, уже в начале XVI века в России применялись все те меры борьбы с эпидемиями (главным образом карантины), которые использова­ли в европейских государствах. Подобные меры принимались в 1654-1655 и 1770-1772 гг. при борьбе с чумой.


Афанасий Филимонович Шафонский "Описание моровой язвы, бывшей в столичном городе Москве с 1770 по 1772 год"


Эпидемия чумы сопровождалась колоссальными жертвами. Сэмюэль Коллинс,

Сэмюэл Коллинз (англ. Samuel Collins)

служивший в это время придворным врачом царя Алексея Ми­хайловича, считал, что в 1665 г. моровая язва в России унесла жизни от семи­сот до восьмисот тысяч человек. За период с 1654 г. по 1665 г. было подписано более 10 специальных царских указов «о предосторожности от морового поветрия».

По сведениям доктора Коллинса, в XVII веке в Россию про­никли венерические болезни. «Завоевав Вильну и многие другие погра­ничные польские города и области, русские взяли в плен госпожу Lues Veneria и, вероятно, провладеют ею долее, нежели городами», — писал Сэ­мюэль Коллинс. Проведением основных противоэпидемических мер в XVI-XVII веках ве­дал, прежде всего, сам царь, издававший основные указы, и воеводы — представители царя на местах.

Что касается мер общественной гигиены и санитарии, то сведений о них сохранилось сравнительно мало. Известно, что в царствова­ние Михаила Федоровича в Москве был построен водопро­вод. Вот как описывал это современник, архидьякон Павел Алеппский, 


Архидиакон Павел Алеппский

сын антиохийского патриарха Макария: «Внутри Кремля прежде не было воды, и для царской кухни воду до­ставляли посредством черпальных колес из упомянутой реки, но в дни нынешнего царя приехал один франк из немцев и соорудил на берегу реки огромную башню, куда провел воду посредством колеса и приспособления для того, чтобы поднимать воду ночью и днем без всякого труда и снабжать ею царский дворец для всяких потребностей. Он выкопал 45 огромных колодцев, выстроил над ними куполы, провел трубы и желоба и сделал снаружи железное колесо; если понадобится вода, повертывают колесо одной рукой, и вода течет в изобилии, когда это нуж­но».

Особое место в повседневной жизни людей и лечении болезней занимала баня. Многие иностранцы, побывавшие в России, оправданно считали баню, особенно парную, исконно русским способом ле­чения и закаливания. Например, говоря о страсти московских жителей к баням, посол королевы Елизаветы Джильс Флетчер,

Джильс Флетчер (англ. Giles Fletcher).  Сочинение о России, 1643 г.

побывавший в Москве в 1586-1589 гг., более всего удивлялся нечувствительности их к жару и хо­лоду, видя, как они в жестокие морозы выбегали из бань нагие, «раска­ленные» и кидались в проруби. Иностранцев изумляло, что в Москве, как писал Ганс Мориц Айрман, посетивший ее 1669 г., «у каждого дома устро­ена баня... до чего охотно они моются, постоянно на третий или даже вто­рой день, ходят они в баню; как простые, так и знатные люди. Подобных бань я во всю свою жизнь и не видывал... Ни в одной почти стране не найдешь, чтобы так ценили мытье, как в этой Москве». Первое описание русской бани содержится в летописи Нестора (ок.1113 г.). Спустя столетия выдающийся российский врач и акушер Н.М.Максимович-Амбодик (1744-1812) писал: «Русская баня до сих пор считается незаменимым средством от многих болезней. Во врачебной науке нет такого средства, которое равнялось бы… бане».

Время реформ Петра I благотворно сказалось на российской медицине, которая в XVIII веке развивалась, как и медицина других стран Европы, на основе науки, продуманных рекомен­даций по подготовке врачей и борьбе с эпидемиями, организации деятельности военно-медицинской службы. При этом отличительной чер­той российской медицины продолжал оставаться ее государственный характер.

Портрет Петра I.  Алексей Петрович Антропов. 1770

Петра I, следуя рекомендациям близких к нему медиков, таких как Николай Бидлоо,

Николай Бидлоо (нидерл. Nicolaas Bidloo)

Роберт Эрскин, Иван Блюментрост,  осознал необходимость сохра­нения и создал перспективы для дальнейшего развития государственной организации медицинского дела, что выгодно отличало нашу страну от многих европейских государств того времени.  

В царствование Петра I высшим государственным органом управления медициной оставался находившийся в Москве Аптекарский приказ, «разделявший власть» с действовавшей в Петербурге Аптекарской канцелярией. По предложению Ивана Блюментроста был в создан новый государственный орган — Медицинская канцелярия, что соответствовало духу петровских реформ, которая была образована Указом Сената 14 августа 1721 г.

Медицинская канцелярия стала главным органом управления медицинским делом, ей подчинялись все медицинские учреждения какому бы ведомству или частным лицам они не принадлежали. Она осуществляла высший надзор за госпиталями, аптеками, госпитальными школами, ведала всеми докторами, лекарями и аптекарями, принимала меры к прекращению эпидемий. Возглавляли Медицинскую канцелярию опытные врачи-архиатры, главные начальники всей медицинской части: И. Л. Блюмен­трост, И. X. Ригер, И. Б. Фишер, А. Лесток, К. Г. Бургаве,

Герман Бургаве (нидерл. Herman Boerhaave)

 П. 3. Кондои­ди,

Кондоиди Павел Захарович (греч. Panaiota Condoidi)

Я. Ф. Монсей. Медицинская канцеля­рия действовала до 1762 г.

В эпоху Петра I изменение эко­номических условий, развитие промышленности в городах, в том числе металлургии, судостроения, текстильных мануфактур явились предпосылками для возникновения зачаточных элементов организации санитарного дела, оценки условий работы и службы с точки зрения гигиены. К этому времени относятся наставления о предохранении войск от болезней, «Регламент  мануфактур-коллегии»(1723), «Регламент и работные регулы» (1714) и другие документы.

К числу первых научных исследований гигиенического плана следует отнести труд русского ученого-энциклопедиста М.В. Ломоносова «Первые основания металлургии и рудных дел» (1763), в котором он описал неблагоприятные условия труда в шахтах, предложил простые меры по вентиляции, механизации и технике безопасности, индивидуальной защите, охране труда. Большое значение для охраны здоровья населения России имел труд М.В. Ломоносова «О размножении и сохранении Российского народа» (1761). 

Портрет М.В. Ломоносова. Фессар, Этьен. 1757?  Гравюра резцом. Государственный Эрмитаж

В 30-х годах XVIII в. (1733 г.) было решено открыть в России новые госпитальные школы: две в Петербурге и одну в Кронштадте, в 1758 г. - в г. Барнауле, в 1788 г. - в Елисаветграде, а затем на Урале, в Забайкалье и других местах. По инициативе П.З. Кондоиди (1710-1760)– архиатра и главного директора медицинской канцелярии (1753-1760) в 1756 г. была открыта медицинская библиотека «для общего просвещения обретающихся в столичных городах докторов, лекарей и аптекарей»; вскоре здесь было достаточное количество литературы по медицине на латинском, русском, немецком, голландском и других языках, сюда стали поступать научные журналы из Голландии, Германии и других стран. В 1759—1760 гг. Медицинская канцелярия намеревалась приступить к разработке отечественного медицинского законодательства.

В 1761 г. архиатром и директором медицинской канцелярии император Петр III назначил Я.Ф.Монсея (1700-1773), который хорошо знал по собственному опыту трудности нелегкой повседневной службы докторов и лекарей. В представлении 28 февраля 1762 г. императору он предлагал резко повысить престиж и, соответственно, жалование врачам и аптекарям, обеспечивать их необходимым довольствием и помощниками. Монсей и далее продолжал заботиться о нуждах медицинских чинов и предложил к утвержденному «Плану о рангах» утвердить пенсии состарившимися и отставным врачам, который был утвержден Петром III 3 июня 1763 г.

Монсей также предлагал реформировать службу городовых врачей, которые появились в России в 1737 г., ссылаясь на важность борьбы с «заразительными болезнями». Кроме того, он считал необходимым иметь в каждой губернии и провинции, помимо городовых врачей, еще и «губернских и провинциальных докторов или ланд-физиков», что должно было улучшить противоэпидемическую работу. Обо всем этом архиатр Монсей сообщил в новом докладе императору Петру III, который 3 июня 1762 года утвердил этот доклад, открыв тем самым путь к важным реформам.

30-летнее царствование Екатерины II было ознаменовано важными реформами в российской медицине, сохранив сложившийся государственный характер. В 1763 г. Указом Екатерины II 

Екатерина II в виде Законодательницы в Храме богини Правосудия.

А. И. Черкасов был назначен президентом Медицинской коллегии и руководил ею до 1775 г. (вначале была введена должность президента, а затем — главного директора).  Этим высшим органом правления медико-санитарным делом руководили  придворные сановники — барон А.И. Черкасов, А.А. Ржевский,


Алексей Андреевич Ржевский. Репродукция из книги «Русские портреты XVIII и XIX веков. Издание Великого князя Николая Михайловича Романова», выпущенной в 1905–1909 годах в качестве каталога выставки, состоявшейся в 1905 году.


А.О. Закревский,


Андрей Осипович Закревский. Авт. Дальман Павел Мартынович. Время создания оригинала: 1775-1776. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

 И.Ф. Фитингоф


Фитингоф Иван Федорович.
Авт. Гудон Ж.-А., 1791. Мрамор. Музей Боде, Берлин


 и А.И. Васильев.



Васильев Алексей Иванович. Парадный портрет барона А.И.Васильева в образе главного директора Государственной Медицинской коллегии. Авт. В.Л. Боровиковский. 1800. Военно-медицинский музей МО РФ, СПб

Все они работали в тесном контакте с «медицинскими чинами», ведавшими департаментами и отделениями Медицинской коллегии.

Перед Медицинской коллегией были поставлены две главные задачи:

1) сохранение врачеванием народа в империи;

2) заведение российских докторов, операторов, лекарей и аптекарей, «а к тому содержание порядочное аптек и добрая их экономия». Таким образом, Медицинская коллегия призвана была осуществлять наблюдение за медицинской и лекарственной помощью населению, руководить подготовкой медицинских кадров, контролировать деятельность казенных (государственных) и вольных (частных) аптек, а также рассматривать и оценивать научные труды российских врачей;

Особое внимание Медицинская коллегия и ее президент А.И. Черкасов обратили на подготовку врачей, причем преимущество отдавалось «природным россиянам» (тем, кто родился в России). Стремясь к возможно быстрому пополнению российского медицинского факультета (медицинского сословия) собственными докторами медицины, барон А.И. Черкасов подготовил Указ, который позволял «Коллегии медицинской по собственным ее экзаменам всех обучившихся сей науке производить в докторы медицины», подписанный Екатериной II 9 июня 1764 г.

Первым, кто решил воспользоваться этим разрешением, был лекарь Г.М. Орреус, уроженец Финляндии, получивший медицинское образование в Петербургской госпитальной школе (1757) и служивший военным врачом, помощником штадт-физика, оператором Петербургского адмиралтейского госпиталя и Московским штадт-физиком.

Доктор Г.М. Орреус был советником видного русского военачальника П.А. Румянцева-Задунайского еще в годы Семилетней войны. Румянцев, отмечая заслуги Орреуса в борьбе с эпидемиями, писал: «При самом сильнейшем распространении заразительной болезни в Молдавии, быв от меня определен к пользованию подверженных ее свирепости разного состояния людей и для постановления мер ее пресечению, презирая все опасности, с толиким радением и неусыпностью в том трудился, что как в излечении великого множества зараженных, так и в принятии им спосо­бов к конечному от сего зла освобождению в короткое время ощущено быть стало превосходное его искусство...»

Развитие естествознания, прогресс медицинской науки и практики диктовали необходимость дальнейшего совершенствования подготовки врачей. В то же время, основанный в 1755 г. Московский университет только набирал силу, а непрерывное преподавание на медицинском факультете началось только с 1764 года. В 1798 г. в России была проведена реформа высшего медицинского образования. Наряду с медицинским факультетом Московского университета были созданы две медико-хирургические академии: Московская

Москва. Военный госпиталь в Лефортове

(на базе Московского медико-хирургического училища), в состав которой вошли некоторые ученики Елисаветградской медико-хирургической школы, и Петербургская

Императорская военно-медицинская академия. Санкт-Петербург.

(на базе Петербургского медико-хирургического училища, в состав которой вошли ученики Кронштадтского училища   и существовавшего с 1784 г. в Петербурге Калинкинского училища, в котором преподавание велось на немецком языке).

Медико-хирургические академии унаследовали не только учеников и преподавате­лей медико-хирургических училищ, их программы и учебные планы, но и лучшие черты госпитальных школ и медико-хирургических училищ, а также клинический характер преподавания. Госпитальные школы и медико-хирургические училища России вы­пустили в XVIII веке около 1800 лекарей. Их воспитанниками были вид­ные русские ученые и врачи, в том числе эпидемиолог Данила Самойлович  Самойлович (Сушковский),

Самойлович Данила Самойлович. Авт. Кошкин А.И. Гравюра. Морозов А.В. Каталог моего собрания русских гравированных и литографированных портретов. М., 1913, Т.4.

(1744-1805), акушер-гинеколог Н.М. Максимович-Амбодик (1744-1812), хирурги Н.К.Карпинский (1745-1810) и Е.О.Мухин (1766-1850), анатом П.А.Загорский (1764-1846), гистолог А.М.Шумлянский (1748-1795), фармаколог Г.Ф. Саболевский (1741-1807) и др. Труды этих ученых во многом определили состояние русской медицины ХVIII-начала ХIХ веков.

Важным этапом на пути создания государственной системы социальной защиты населения в России стала реформа 1775 г., в ходе которой в каждой губернии учреждался новый орган — Приказ общественного призрения (далее – Приказ), в состав которого входили губернатор, возглавлявший Приказ, и выборные представители дворянского, купеческого и крестьянского сословий. По замыслу Екатерины II Приказы должны были выполнять функции государственных и общественных учреждений и стать универсальными органами государственной поддержки социально-незащищенных слоев населения.

Кроме того, на Приказы возлагалась обязанность устройства и содержания воспитательных и сиротских домов, городских начальных школ, богаделен и больниц, работных домов для праздношатающихся, домов для неизлечимо и психически больных, смирительных домов (для непокорных крестьян и непослушных детей). Приказы осуществляли свою деятельность лишь в городах, в то время как устройство и содержание больниц в сельской местности полностью зависело от помещиков. Подчинялись Приказы Медицинской коллегии, а после 1803 года перешли в ведение Министерства внутренних дел.     А.И. Герцен называл Приказы общественного призрения и воспитательные дома «лучшими памятниками екатерининского времени».       

В 1797 году по инициативе главного ди­ректора Медицинской коллегии барона А.И. Васильева  была проведена еще одна важная реформа: в каждой губернии России появились врачебные управы, а в Петербурге и Москве их заменяли физикаты — местные органы управления медико-санитарным делом, которые были созданы Указом Сената 9 февраля 1797 г. во всех губерниях Российского государства.

В ведении врачебной управы, возглавляемой инспектором, находился весь немногочисленный персонал: уездные лекари, операторы - хирурги, повивальные бабки - акушерки. Именно уездные лекари и их помощники должны были следить, докладывать о любых проявлениях заразных болезней и принимать экстренные меры.    На врачебные управы была возложена обязанность руководить всем медицинским делом в губерниях: они должны были стать «блюстителем здравия всей губернии по воинской и гражданской части». Действовали эти управы, являвшиеся органами государственного управления, под наблюдением Медицинской коллегии.

 

Эту реформу Медицинской коллегии с полным правом можно считать исторической в российской медицине. «Учреждение врачебных управ, по мысли, с которою оно задумано, есть прекрасный памятник деятельности Медицинской коллегии в последний период ее существования, — писал историк медицины Я.А. Чистович. — Оно имело целью, во-первых, снаб­дить губернии знающими и опытными врачами, специально образованны­ми каждый по своей части, которые могли бы, в случаях надобности, не­медленно подавать больным надлежащую помощь и пособие; во-вторых, снабдить губернии специально образованным коллегиальным собранием, которое бы заботилось об охранении народного здоровья и для того издава­ло бы надлежащие правила и постановления, соответственные местным условиям каждой губернии, проводя здравые гигиенические понятия в провинциальную жизнь; и в-третьих помочь центральной власти (Медицинской коллегии) в устройстве провинциальных врачебных заведений и облегчить надзор за ними, т. е. поддержать их существование соответственно мест­ным надобностям».

Памятная медаль